Закавказское зазеркалье

 

Закавказье у нас давно воспринимается как "страшилка", зона, где беспрестанно стреляют, по горам прячутся шайки разбойников и все такие подобные ужасы. В ответ на наши страхи армяне любят рассказывать историю о том, как году примерно в 1992 глава семьи, прибывший на кратковременный отдых с карабахского фронта, услышал, что его восемнадцатилетняя дочь собирается с туристической группой дней на десять в Вильнюс. Гнев отца семейства был неописуем: "Вы обе дуры, - кричал он жене и дочке, - Вы что, не понимаете, что там стреляют!" Попытки представить ему Вильнюс как совершенно мирный город были безуспешны. Точно также нашему читателю не легко будет поверить, что Закавказье - место в общем и целом вполне мирное, пригодное для спокойного летнего отдыха и познавательных экскурсий (за исключением нескольких вполне конкретных точек), но только очень уж странное, с некоторыми вполне безопасными для мирного жителя неожиданностями на каждом шагу. За привычным телеобразом "зоны хаоса и нестабильности" скрывается регион с довольно сложной конфигурацией и непростыми и исключительно значимыми для России процессами. Разобраться в них всех и сразу - невозможно. Но можно попытаться хотя бы начать распутывать этот узел.

 

Конфигурация региона

Геополитическая конфигурация кавказского региона выглядит на сегодня довольно бессмысленной. Алиевский Азербайджан, потерявший за последние годы чуть не треть своей территории, но при том во что бы это ни стало пытающийся сохранить свое лицо и настроенный почти агрессивно по отношению к России, создает ажиотаж вокруг своих скудных нефтяных запасов и устраивает который уже год подряд торги между сопредельными странами за право провести через свою территорию нитку нефтепровода, по которой нефть то ли пойдет, а то ли не пойдет. Шеварднадзевская Грузия, разрываемая со всех сторон межнациональными конфликтами, также изо всех сил пытается держаться с кавказской гордостью, а ее лидер из сил выбивается, чтобы продать себя кому угодно и за что угодно (поскольку продавать особенно нечего), лишь бы сохранить власть и какую-никакую стабильность в стране. Армения, в последнее время не слишком стабильная с точки зрения внутренней политики, зато обладающая армией, способной с легкостью задушить любую из двух прочих республик Закавказья и поломать любые их планы.

Помимо своего "ядра" в Армении эта парадоксальная российско-армянская военная система имеет и две вынесенные за административные границы республики передовые позиции. В Грузии российская военная база в армянонаселенном Ахалкалакском районе также укомплектована местными армянами, а сам район не находится под военным контролем Грузии. Другое "укрепление" армянской "крепости" находится в Нагорном Карабахе, обладающем мощнейшей системой укрепленных районов, позволяющих удерживать длительную оборону даже в полной блокаде, а также хорошо вооруженной и дисциплинированной армией, считающейся экспертами одной из сильнейших и первой по боеготовности на всем пространстве СНГ. В связи с предстоящим выводом из Грузии ряда российских военных баз (что, впрочем, вряд ли коснется баз в Батуми и Ахалкалаки, так как обе они тесно завязаны на обеспечение боеспособности Армении) все чаще идет речь о том, что выведены они будут не в Россию, а в ту же Армению, что окончательно превратит эту республику в мощнейшую российскую геополитическую крепость, имеющую, правда, тот существенный недостаток, что она не имеет сухопутного сообщения с Россией.

Армения - по сути российский форпост. И если в Карабахе, например, русских войск нет, то вполне достаточно армянских. Но и тут неожиданный разворот - валюта Армении полностью привязана к доллару, бюджет полностью зависит от американского. То есть экономически Армения полностью "сидит на игле" американских кредитов. И американцы способны устроить армянам такой дефолт, по сравнению с которым наш покажется экономическим процветанием.

Как сложилась эта конфигурация закавказского треугольника? Ответ прост, но требует длительных пояснений. На рубеже 1980-90-х две сверхдержавы - Россия и Америка - сначала попытались осуществить совместный проект организации геополитического пространства, идея которого вытекала из популярного десять лет назад плана "нового мирового порядка", охватывающий весь Ближний и часть Среднего Востока, и немало уже сделали для реализации этого проекта, а затем от этого проекта отказались и принялись осуществлять каждая свои собственные проекты. Но к тому моменту вся территория Закавказья уже изрядно была отмечена первыми набросками того совместного проекта, который политологи назвали "Пятиморьем".

 

Большой проект малых кризисов

Прежде всего, что такое "геополитический проект"? Понятно, что любая экспансия осуществляется по более или менее продуманному плану, а уже к концу XIX века мы имеем уже дело с предварительным обработкой пространства экспансии, причем проект, даже если сама экспансия не удается, часто заметно сказывается на организации ее арены. Как если бы армия встала, долго готовила боевые позиции, а затем, так и не вступив в бой, снялась с места. Происходит последовательное накопление направленных изменений, превращающих регион из совокупности разномастных государств и политических образований в единую структуру, доступного контролю замыслившей проект мировой державы именно в качестве цельного геополитического блока. Проект воплощается фрагмент за фрагментом и порой как бы в "четвертом измерении", а проявляет себя лишь внешне хаотичными действиями мировых сил в регионе.

Реализованный же проект в современной геополитеке - это метод непрямого контроля над обширным регионом, требующий минимум затрат и силовых вмешательств. Вот пример в миниатюре - классический самовопроизводящийся конфликт малой интенсивности - арабо-израильский. Искусственно создана там одна лишь малость - когда чертили карту Израиля, сделали ему так называемую "осиную талию" - две части страны соеденены перешейком в несколько десятков километров. У изралитян просто не могло не возникнуть желание "талию" поднарастить за счет земель палестинских арабов. И теперь, хотя при современном оружии размеры "талии" абсолютно безразличны, психологически ее наличие столь дискомфортно, что арабо-израильский конфликт может продолжаться вечно и вечно будет поводом для вмешательства в дела региона. Соответственно, вечным будет и процесс мирного урегулирования, который дает уже беспрецедентную возможность для внешнего контроля.

Пятиморье должно было стать чем-то подобным, только в гораздо большем масштабе. Это проект контроля над рядом стран, лежащих между Черным, Средиземным, Красным морями, Персидским заливом и Каспийским морем, со стороны сил "Нового Мирового Порядка" - то есть клуба "держав" под главенством США. Для региона предполагалась сложная структура, по углам которой расположены затяжные конфликты, жаркие в своей начальной фазе, неоднозначные с точки зрения формальной справедливости и норм международного права и подлежащие сколь угодно длительному процессу урегулирования с участием сколь угодно большого числа посредников и наблюдателей. В середине же Пятиморья своеобразная "дыра" - пространство без норм, без правил, без активной политической жизни, можно сказать, своеобразная "зона прострации". Этой "дырой" предстояло стать Курдистану - разделенному между четырьмя странами - Турцией, Ираном, Ираком и Сирией. Угловые конфликты - это арабо-израильский, а также несколько новых, постепенно разогреваемых в регионе - армяно-турецкий конфликт, конфликт вокруг южного Азербайджана, конфликт между шиитами и суннитами на юге Ирака (спровоцированный ирако-кувейсткой войной и последовавшей "недоконченной" американской интервенцией) и конфликт вокруг Черноморских проливов.

Проект Пятиморья - американо-советский. Более или менее понятно, почему Россия из него в свое время (в 1993 году) вышла. Способ действия в процессе его реализации для русских дискомфортен. Сложная, запутанная и, в общем-то, подлая игра за спинами своих братьев по СССР - это не по-русски. Да и американцы впоследствии сочли, что прямое воздействие эффективнее. А вот почему Советский Союз к нему подключился? Америка не могла создавать Пятиморье без СССР, контроль над Закавказьем оставался в наших руках и у советского руководства должны были быть свои мотивы, чтобы отдать часть советской же территории под арену раскручивания конфликта. Прежде всего из желания не потерять все свое былое могущество без остатка. Система "нового мирового порядка" делала прямое советско-американское противостояние не нужным, не через рычаги "холодной войны" предполагалось контролировать мир будущего, а начать свою игру в полном противоречии с планами Запада советское руководство уже было не способно. Горбачев и сам лично был адептом "нового мирового порядка", стараясь принять личное участие в его наведении, а стратегия Пятиморья, коварная, основанная на провокациях и рассоривании государств и народов - как нельзя лучше соответствовала стилю его политического поведения. Непрямой совместной контроль СССР и США над огромным регионом, контроль через провоцирование кровавых конфликтов был бы вполне достойным увенчанием горбачевской стратегии нового мышления.

Итак, обратимся к Закавказью. Тут центральным моментом был Карабахский конфликт - пусковой механизм для целой серии конфликтов. Самостоятельного значения для "проектировщиков" Пятиморья он не имел, его цель - спровоцировать армяно-турецкий конфликт вокруг Нахичевани. Вскоре после разгорания Карабахского конфликта появился некий "план Гобла", предлагавший обменять Карабах на Зангезур - юго-восточную область Армении - и таким образом связать Нахичевань с "материковым Азербайджаном" и отрезать Армению от Ирана - единственной страны, через которую шли и идут поставки товаров сухопутным путем. Нетрудно представить, что при малейшем намеке на реализацию этого плана разогретые победами в Карабахе армяне просто-напросто заняли бы Нахичевань, что стратегически не очень трудно, уже для того одного лишь, чтобы план Гобла сделать невыполнимым в принципе. Это, в свою очередь, стало бы толчком к конфликту вокруг Южного Азербайджана (ведь туда, на север Ирана, населенного азербайджанцами, устремился бы поток беженцев), армяно-турецкого (поскольку по договору 1921 г. Нахичевань не может находиться под властью Армении), а заодно и армяно-грузинского, поскольку воюющей Армении был бы необходим выход к морю, а путь к нему через Грузию лежит через три района, населенных армянами и прохладно относящейся к официальному Тбилиси Аджарии. Завязшая в этих конфликтах в добавление к абхазскому, югоосетинскому и плюс внутриполитическому со сторонниками Гамсахурдии, Грузия на много лет напрочь выходила их игры (участие в которой с ее стороны и не требовалось). Азербайджан увязал в распрях с Ираном, а Армения с Турцией.

 

Шаги "Пятиморья"

Идея "Пятиморья" не осталось только на бумаге. И Россия, и Америка сделали шаги к ее реализации. Прежде всего был раздут Карабахский конфликт. Затем запустили в качестве "страшилки" план Гобла. Армян (в том числе и обстрелянных в боях карабахцев) морально подготовили к штурму Нахичевани. Иран всерьез припугнули потоком беженцев и восстанием в Южном Азербайджане. При этом Россия при полном попустительстве Соединенных Штатов получает возможность вооружить Армению до зубов. Ведь ей предстоит, по плану "Пятиморья", вступить в конфликт с Турцией, а это далеко не то же самое, что межэтнический конфликт местного значения. Грузии помогают запутаться в многочисленных конфликтах. Азербайджан фактически заставляют смириться с потерей Карабаха и ряда прилегающих к нему районов, раздувая при этом реваншистские настроения, методично канализируя их на Южный Азербайджан, якобы мечтающий объединиться со своим северным собратом. Существовала, скажем, немалая вероятность, что мятежный полковник Сурет Гусейнов, знающий, что в Карабахе ему могут светить только недолговременные успехи, попытается опереться на своих южных соплеменников.

Армении же создают полную иллюзию блокады, которой, как теперь выясняется, по большому счету не было и быть не могло - иначе как бы в Армению шли российские военные поставки. Когда, году в 1990 Азербайджан попробовал блокировать Армению по настоящему, он тут же оказался блокированным со стороны России и поспешил отступиться. Не мог Азербайджан блокировать прорусскую Армению, находясь сам под угрозой со стороны России. Армения погрузилась в темень, холод и голод - и только правительство и железнодорожники знали, что дорога через Азербайджан для товарных составов функционирует. Армения в 1992 - 1993 была доведена до полной прострации, она не радовалась уже победам в Карабахе, она не размышляла для чего ее вооружают, она поверила, что Россия будет любить ее больше, если армяне на референдуме проголосуют за независимость.

Реализация проекта "Пятиморья" шла где-то до 1993 года. Затем Россия резко выходит из игры. Следует замораживание Югоосетинского и отчасти Абхазского конфликтов. Режиму Шеварднадзе помогают придушить гамсахурдистов. Конфликту а Аджарии не дают разгореться, а оставляют в состоянии, дозволяющем запустить его, когда в том возникнет надобность. Сурета Гусейнова не поддерживают (хотя выступая из Гянджи-Кировобада, где в тот момент находились наши войска, он имел определенный иллюзии относительно российской поддержки), а Гейдар Алиев, постепенно отвлекает внимание азербайджанцев и от Карабаха, и от Южного Азербайджана и переключает его на нефть, которой будто бы целые подземные моря и которая даст возможность голодающему и мерзнущему зимам населению Азербайджана жить так, как житель богатейших нефтяных королевств - скажем, как жители Кувейта, которым и работать не надо, государство их обеспечивает лучше некуда. В Армении свет подают чаще, голод становится менее жестоким.

Во внешней политике на первый план выходят карабахцы, - единственные, кто не почувствовал на себе прелести "зоны прострации" и ведшие все эти годы вполне осмысленную войну (это случай, когда хорошая война лучше худого мира). К началу 1993 года карабахцы отказываются принимать словесный арсенал "нового мирового порядка" - оружие весьма мощное, поскольку вещь часто становится под стать имени, которое ей дано. Пара примеров, чтобы дать читателю почувствовать фантасмагорическую атмосферу тех дней.

Зима 1993. Армянами взят Кельдбаджар. Звонки из международных организаций.

- Вы взяли Кельдбаджар, чтобы сделать второй гуманитарный коридор?
- Нет.
Молчание.
- Вы взяли Кельбаджар.
- Да.
- Чтобы сделать второй гуманитарный коридор?
- Нет.
- Как это - нет?
- Просто взяли.
С той стороны бросают трубку и звонят снова:
- Вы взяли Кельбаджар, чтобы сделать второй гуманитарный коридор?..

Конец мая - начало июля 1993. Очередное мирное предложение ОБСЕ, призванное создать видимость урегулирования. В конфликте, который де факто признается трехсторонним, по "сценарию" две стороны должны были мирное соглашение принять, а третья заартачиться. Разумеется, "плохим мальчишкой" надлежало быть Нагорно-Карабахской республике, как не имеющей официального статуса, но обладающей большими амбициями. Итак, Алиев договор моментально подписывает, стремительно вслед за ним его подписывает лидер Карабаха тех лет Георгий Петросян (скорее всего и не вчитываясь в текст, поскольку с головой не одурманеной маревом Пятиморья, он видит в происходящем забавную игру). Президент Армении Левон Тер-Петросян берется за ручку (поскольку с его респектабельностью он не может не подписать солидный документ), а ... подписывать нельзя, - иначе он вступит в силу. Самое простое решение: уговорить карабахцев, чтобы они ничего не подписывали. Тер-Петросян самолично вылетает в Карабах, а из иностранных посольств следуют все те же навязчивые звонки:

- Почему вы не подписали договор?
- А мы подписали.
В телефонной трубке гудки отбоя. И тут же новый звонок:
- Почему вы не подписали договор?
- Мы его подписали.

Дело заканчивается красивой отставкой Георгия Петросяна. Власть в Карабахе полностью переходит в руки Роберта Кочаряна, который в те далекие времена был человеком Тер-Петросяна, и уже он демонстративно не подписывает договор.

Карабахцам удалось тогда торпедировать механизмы Пятиморья. Война на их земле стала никому не нужна и она кончается. Но как она кончается? Летом 1992 года азербайджанцы заняли северную часть Карабаха и населенные армянами села, прилегающие к Карабаху - крупное, на 2 000 жителей селение Шаумяновск и две деревни - Азат и Камо. Осенью 1992 армяне возвращают свою утраченную территорию, но за небольшим исключением: север Мардакертского района, Шаумяновск, Азат и Камо остаются в руках азербайджанцев. Зимой 1992 - 1993 года армяне наступают вновь, но на другом фланге, занимают Кельбаджарский район. Тогда впервые в СНГ ставиться специфический эксперимент - населению дают возможность спокойно покинуть свои дома и пройти через специально открытый гуманитарный коридор - операция проходит практически без жертв. К лету 1993 армяне вновь готовы к наступлению. Но они, почему-то, не идут освобождать потерянные предыдущим летом земли. Они направляются сначала на восток, где по отработанной уже тактике почти без жертв берут крупный азербайджанский райцентр Агдам, а затем на юг: следует оккупация Зангеланского, Кутаблинского, Физулинского и Джебраилского районов. Наступает момент, когда Америка еще продолжает реализовывать проект "Пятиморья", а Россия от него окончательно отказывается.

Представьте себе четыре оккупированных района. По отработанной стратегии операция проходит почти без жертв со стороны военных и вовсе без жертв со стороны местного населения. Последним, однако, волей - неволей предстоит обратиться в беженцев. Куда идти? От Ирана, а именно от Южного Азербайджана беженцев отделяет только река Аракс. Аракс неглубок и не отличается быстрым течением - во многих местах его нетрудно перейти вброд даже женщинам и детям. Армяне два месяца не подходят к берегу Аракса примерно на 5 километров - это гуманитарный коридор, ведущий на Восток, вглубь Азербайджана. На Иранский берег Аракса американцы завозят гуманитарную помощь - палатки, одеяла, тушенку и т.п., о чем непрестанно оповещают потенциальных беженцев. Но перейди они Аракс - и запускается один из структурообразующих конфликтов "Пятиморья" - конфликт вокруг Южного Азербайджана, поскольку при помощи непосредственной демонстрации беженцев спровоцировать южных азербайджанцев на восстание нетрудно. В этом случае худо-бедно можно обойтись и без оккупации армянами Нахичевани.

Для южных азербайджанцев в конце концов все равно откуда беженцы - из Нахичевани или из юго-западных районов Азербайджана. Россия же, таким образом, уже втянутая в непосредственную реализацию конфликта, возможно не сможет уже отступиться и даст армянам добро на оккупацию Нахичевани. Там, глядишь, и разгорится армяно-турецкий конфликт. Для остальных же структурообразующих конфликтов "Пятиморья" непосредственное участие России не требуется. Разве что пассивная роль в конфликте вокруг черноморских проливов. Проблема в том, что если не запущены конфликты в северных углах "Пятиморья", нет смысла в раскручивании конфликтов в южных углах - проект как таковой не осуществляется. В этом случае для Америки сподручнее не мудрить, а попытаться управлять территорией непосредственно, методом диктата.

Перед Россией же, раз она не хочет более играть в "Пятиморье" - выход один: заставить беженцев пройти вдоль берега Аракса, не соблазняясь на расставленные уже палатки, и выйти в центральные районы Азербайджана. Роль армян здесь несложная - держать коридор столько, сколько будет нужно. Алиев в этом вопросе тоже союзник России - ему головная боль по поводу Южного Азербайджана нужна меньше всего. Беженцы в растерянности, они выжидают, благо армяне их не подгоняют, а время идет и публике требуются какие-никакие новости из региона конфликта. По телевидению четыре раза с небольшими интервалами сообщили о взятии армянами Кутаблы как о свежей новости. Каждый раз с новым оттенком, все более облегчающим дальнейший комментарий событий. Наконец, свершилось: беженцы двинулись вдоль Аракса, по гуманитарному коридору в Азербайджан. Конец "Пятиморью".

 

Новые проекты и старые конфликты

После развала "Пятиморья" закавказские народы вздохнули посвободнее - не то, чтобы США или Россия отказались от осуществления своих геополитических задач в регионе - проекты множатся и сменяют друг друга. Но роли, которые навязаны закавказским государствам в этих проектах - уже не обязательно роли обреченных на изнурительную драку бойцовых петухов.

В Баку искусно стравливают претендентов на нефтяную трубу, и с удовольствием наблюдают за их дракой. Наблюдать, правда, осталось недолго. "Потусовавшись в Азербайджане неполных 6 лет, нефтяные гиганты свернули работы и собираются линять. Кое-что они тут для вида оставят, но в общем уже все ясно: "Контракт века" обернулся аферой века", - ехидно комментируют происходящее бакинские газеты.

В Грузии - строят "общекавказский дом", с тем, чтобы создать из страны "проходной двор", через который, не без барыша для хозяина, транзитом будут идти товары из Турции в Азербайджан, из России в Армению, из Казахстана в Болгарию:

В Армении решают, что страшнее - экономический кризис, толкающий в объятья США, с их небесплатной "гуманитарной помощью", или же военная угроза от соседей, да и старые дружеские чувства, заставляющие крепить союз с Россией.

 

Сайт создан в системе uCoz